Да пошли вы все в баню…

< Предыдущее

… В психиатрической больнице № 13 города N праздников было мало. Можно сказать, что их и вовсе не было. Но кое-какие радости для больных всё ж таки были. Например баня. О, великая очистительница русской души, с горячим, квасным паром, берёзовым веничком и холодным пивом, ломящим переносицу, прогревающая и тело и душу. Сумасшедшие и иные страждущие ждали оную как великое благо, как, пожалуй, даже евреи не ждут Машиаха. Дима слышал про баню много хорошего, но всю жизнь обходился как-то больше душем и ванной. Ванна дома у Дмитрия была маленькая, и когда он в неё садился, то колени едва не закрывали уши. Потому, узнав, что в субботу их поведут в настоящую парилку — возрадовался, и ждал с нетерпением, не понимая тех нечестивцев, которые баню откровенно игнорировали и мылись в больничном душе, хотя баня работала не только в субботу, но и во вторник, в четверг и пятницу. И вот, настала суббота, из трубы невзрачного здания во дворе повалил чёрный дым, совершенно не вязавшийся с белым дровяным дымком, который нафантазировал Дима. В баню водили по очереди — партия туда, помывка, остальные ждут. Немного омрачало радость то, что раздевалка работала также, но, что называется, «со сдвигом по фазе» — т.е. закрывалась раздевалка на 2 часа раньше, чем баня принимала страждущих. Приходилось раздеваться догола в совсем другом корпусе, находящемся в пятистах метрах от парной, а потом трусцой, зажимая в кулаке срам (или достоинство — кому как больше нравится), бежать через весь двор, под окнами женского отделения, к бане.

Возле бани собиралась толпа страждущих, в одной и той же позе — руки сложены на матне, босые грязные ноги, подпрыгивающие на раскисшей от дождя земле, сгорбленные, и покрытые пупырышками спины… Стоял так и Дима, подпрыгивая и дрожа от холода. У некоторых в руках были веники, которыми они прикрывались, а заодно и не давали отмёрзнуть причинному месту. И вот — два часа прошли, из бани вышел здоровенный, красный от жары санитар, и объявил: «Эй, болезные, в шеренгу по одному становись, те кто с вениками — в баню, остальные — покупать веники!». «Ага, подумал Дмитрий, веники продают, это хорошо». Деньги, правда, остались в кармане одежды, которую он сдал в раздевалку. Но взяв в долг пятьдесят рублей у стоявшего рядом, с веником, попа, Александра Львовича, под 200%, твёрдо вознамерился помыться. Однако, санитар-банщик возвестил трубным голосом, что веники сегодня не продаются, а продаются по воскресеньям, понедельникам и средам, в дальнем конце ограды, в сторожке. Но за пятьсот рублей можно купить личный веник санитара. Поскрипев зубами, взял у Львовича взаймы ещё 450 рублей. Купил.

— А где ваша санитарная справка, что вы здоровый и ничем не заразный?

— Какая такая справка?!…

— Обыкновенная, синяя… Мы без неё даже с вениками не пускаем.

— Но я же помыться хочу…

— Ну, можно купить такую справку прямо у нас, за тысячу рублей, или пройти досмотр на предмет отсутствия заболеваний. Это вооон там, в дальнем крыле, на двенадцатом этаже, там не пропустите — лифт не работает, а цифр на стенах нет.

А чёрт!… Дима бегом, с одышкой, преодолел расстояние, по длине немногим меньше взлётной полосе в аэропорту, добежал до здания.

— Веничек сдайте здесь, сказал санитар, стороживший вход. Дмитрий сдал веник, и бодрой трусцой преодолел двенадцать пролётов.

— Простите, а где тут можно справку для бани получить? Спросил он проходящую мимо нянечку.

— На двенадцатом.

— А это какой?

— А это, милок, шестой. Дима отсчитал ещё двенадцать пролётов. Выбившись из сил, он практически выпал в длиннющий коридор.

— Этаж… Этаж какой?!… Спросил он у проходящего мимо врача.

— Ну четвёртый…

— КАК?!.. А двенадцатый где?

— Внизу вестимо… Дима сполз по лестнице, и со слезами на глазах обратился к давешней санитарке: — скажите, ну где, где тут двенадцатый этаж?!…

— Вверху.

— А где вверху?!

— Ну, пройдите три пролёта вверх, потом по коридору направо, там лестница, надо спуститься на два, возле курилки повернуть в левую дверь, подняться на четыре этажа, по коридору прямо, и на шесть этажей вниз. Там дверь направо, но в неё не ходи, ходи налево, и выйдешь на двенадцатый.

Не помня себя от радости, забыв половину маршрута, Дима каким-то шестым чувством, даже звериным чутьём, скорее, нашёл дорогу, не сбился, и доковылял до того места, куда указала ему санитарка… Там он её и встретил.

— Так ээээ… А вы сейчас на каком этаже?!

— На двенадцатом.

— А то какой был?

— А то шестой… У нас на втором ремонт, вот и объединили их оба на одном этаже, с одной стороны двенадцатый, с другой шестой: вооот прямо туда, по коридорчику, милок. У димы потемнело в глазах, а когда открыл их — никакой санитарки не было и в помине, зато прямо перед глазами висела большая надпись красной краской на обрывке фанеры: «Получение справок для бани». И стрелка в дверь, откуда явственно пахло сортиром. Возле двери была очередь, небольшая, человек пятьдесят. Наконец, неуверенной походкой подошёл Дима к двери, и заглянул внутрь. В туалете, на унитазе, сидел врач, и напевая какой-то индуистский мотив курил верёвку от смывного бачка.

— Мне бы справочку…

— Да да да да да, проходите! Садитесь, нагинайтесь, дышите-не дышите, глаза закройте-откройте, пальчиками пошевелите, так, хорошо! Доктор оторвал кусок синей туалетной бумаги, быстро расчеркал её карандашом и подал Диме.

— Спасибо… С лёгким сердцем Дима вышел из сортира, и направился туда откуда пришёл, радостно сбежал вниз по лестнице, и увидел здоровенный замок на двери, выходящей на улицу. — УУУУУ!!! Взвыл Дмитрий, и ломанулся вверх по лестнице, чуть не сшиб с ног уже знакомую санитарку, и пробежав по другой лестнице очутился таки на улице. До бани — рукой подать, всего полкилометра… Со счастливой улыбкой прочитал на дверях бани надпись «Обед», и не сразу понял — в чём дело. Постучал. Стучал громко, настойчиво, исступлённо. Наконец дверь приоткрылась, и из неё выглянуло лицо санитара.

— Чего ломишься, жди. Теперь только через час, когда новая партия пойдёт. И Дима честно ждал, пока санитар не вывел из бани предыдущую партию помойщиков. Час на улице, голышом, при десяти градусах тепла — показался вечностью.

— Ага, вижу, справка, всё хорошо. А веник твой где?…

Веник был добыт, путём поисков уже сторожа, по всё тому же зданию. Наконец, под вечер, весь измотанный, с негнущимися ногами и ничего не соображающий Дима, с веником, справкой, голый и замёрзший — был допущен в уже изрядно охладевшую парилку.

— Только мыла, шаек и мочалок — нет! Огласил санитар внутренности парилки, и захлопнул дверь, повесив на неё амбарный замок…

Следующее >

Автор

Алекс Разгибалов

Сумасшедший мужчина, неопределённого возраста, наслаждающийся манией преследования. Паталогически недоверчив, эгоистичен, авторитарен. Вторичные диагнозы - программист и поц. Владеет английским языком на уровне около хренового разговорного. Также знаком с некоторыми другими языками. Интересуется всем и вся, за счёт чего в любой области знания являются поверхностными, неглубокими. Характер невыдержанный. Крепость - 55 градусов.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Собирать идеально - не обязательно, просто приблизительно соберите картинку (должен быть включен JavaScript).WordPress CAPTCHA